– Может ли кортеж использовать спецсигналы, когда едет без охраняемого лица?

– Вы никогда не узнаете – с охраняемым лицом машины или нет. Иногда нужно прогнать кортеж, а государственный деятель может уехать в совершенно ином направлении на других автомобилях. Это нормальная практика. Подобное практиковалось в Штатах при президенте Буше и в других странах.

– Но, когда едет президент, премьер или глава Верховной Рады, дорогу, конечно же, расчищают?

– Есть Закон «О госохране органов государственной власти и должностных лиц». Охрана положена президенту, спикеру, премьер-министру и главам иностранных государств, которые прибывают с официальным визитом. Поэтому, когда сотрудники ГАИ перекрывают улицы с целью проезда охраняемого лица, они действуют исключительно в рамках закона.

Расчищают в зависимости от ситуации по маршруту следования и оперативной информации. Наши люди контролируют трассы не только, когда по ним проезжает кто-то из первых лиц государства, а постоянно. Ведь трасса проезда считается наиболее уязвимым местом.

– Как подбирают водителя для первых лиц?

– Во главу угла ставят способность контролировать ситуацию при возникновении форс-мажора. Стаж, например, не играет роли. У нас есть учебный центр в Узине, где для водителей первых лиц воссоздают различные проблемные ситуации на дороге. Шоферы специально бьют старые машины, как это происходит на трассе в натуральном виде. Создают условия нападения.

– А чем отличаются кортежи, скажем, премьера и президента?

– Идеальный вариант – если бы все у первых лиц было одинаковым: и самолеты, и машины. Вот, к примеру, во время последних визитов американского президента Буша в Киеве, в Бухаресте, в Москве уже ждали совершенно одинаковые автомобили. У него больше десятка кортежей, и все как две капли воды. Подобрать одни и те же марки для сопровождения мы не можем себе позволить. Между кортежами первых лиц есть небольшие различия, к примеру, номера машин.

– Наши VIP-ы предпочитают «Мерседесы»?

– Для охраны это не важно. Главное, чтобы автомобиль был бронированным и надежным.

– А были ли конфликты с государственными деятелями по поводу их кортежей?

– Есть необходимый перечень машин, которые нужно задействовать независимо от того, хочет этого охраняемое лицо или нет. Даже если президент делал мне замечание, мол, почему так много машин, я ему отвечал: «Виктор Андреевич, извините, но УГО несет ответственность за вашу безопасность».

То же самое и с Юлией Владимировной. Количество автомобилей в колонне охраняемой персоны может зависеть также и от рабочего графика. К примеру, если в определенный день у нас в гостях официальные делегации других государств и охраняемое лицо едет вместе с ними, то кортеж будет больше обычного. А вот цифры разглашать не могу – запрещено.

– Если водитель первых лиц попал в ДТП, его увольняют?

– Нельзя так говорить. В каждой ситуации нужно разбираться. Ведь водитель – тоже человек, да и дороги у нас не идеальные.

– Как УГОУ взаимодействует с ГАИ? Сколько патрулей выставляют вдоль маршрута?

– ГАИ у нас только вспомогательная служба. Но повторюсь: за безопасность охраняемого отвечают сотрудники УГОУ, а не гаишники, МЧС, милиция или СБУ. Сколько точно патрулей – не скажу, но ничего лишнего мы никогда не просили.

– Что охрана делает в случае ДТП с кортежем первого лица?

– Пассажира пересаживают в другое авто и отправляют (иначе создается идеальная ситуация для покушения), а работники УГОУ ожидают ГАИ, и все оформляется в соответствии с действующим законодательством. Никто просто так не уезжает с места происшествия.

Был случай

Кортеж Януковича брали на таран

В ноябре 2003 года на Вышгородской трассе, по которой регулярно возили премьера Януковича из его резиденции в Новых Петровцах, случилось ДТП. По официальной информации, перед кортежем премьер-министра неожиданно выехала на встречную полосу «Ауди». Удар приняла на себя, как и в случае с кортежем Тимошенко, машина ГАИ, шедшая впереди. Два инспектора попали в больницу, пришлось госпитализировать и водителя «Ауди». Янукович не пострадал.